ТРАГЕДИЯ ШПЫРЁВСКОГО ЛЕСА

Шпырёвский лес. Если посмотреть на карту 1939 года, то он занимает площадь  примерно 3 на 3 километра и расположен на границе Тёмкинского и Угранского районов.  Здесь, в апреле 1942 года, разыгралась трагедия.

Вкратце о предшествующих  событиях.  26 января 1942 года 33 армия в составе войск Западного фронта предприняла попытку наступления на Вязьму, но неудачную. По численности ударная группа Ефремова представляли собой малокомплектную дивизию, которая не могла противостоять ответному натиску противника и оказалась отрезанной. С середины апреля она вела изнурительные бои в окружении. Нехватка продовольствия и практически отсутствие боеприпасов измотали армию.  Люди были истощены и физически, и морально. Пополнения не было, по весенней грязи приходилось воевать в валенках. Положение   становилось критичным.

Сейчас,  даже трудно представить, как на этом, так, сказать пятачке разместилось  около 4500 бойцов Красной Армии, половина из которых – раненые. Можно только представить, что пережили эти люди. Если бойцы в полках всё-таки отвечали сами за себя, то в медсанбатах эти бедные в своём большинстве девочки и женщины отвечали за беспомощных людей, которые с надеждой смотрели именно на них.

 В канун намечаемого прорыва в районе  Шпырёва сосредотачивались обозы  медицинских батальонов дивизий, которые до этого были разбросаны в разных местах.  Полковник Самсонов, назначенный командармом ответственным за судьбу раненых,  отмечал, что к вечеру скопилось столько подвод, что пришлось срочно выделять дополнительное место для их размещения.

 Полковник Самсонов до глубокой ночи собирал списки раненых и бойцов, уточнял построение колонны. Вместе с ранеными и больными, а также с обслуживающим персоналом и охраной, её численность составляла более 2.5 тысяч человек.

 Вот как докладывал полковник  командующему 33 армией генералу М.Г. Ефремову:

 «Доношу, что медико-санитарные батальоны дивизий сосредоточены с 5.00 12.04 в лесу, что южнее 400 метров дер. Шпырёво: раненых и больных – 2193 чел.; из них: перевозимых – 612 чел.; подвод – 199; врачебного персонала – 60 чел.; обслуживающего – 107 чел.; повозочных – 204 чел.; охрана с винтовками – 93 чел.

Медсанбаты и раненых готовлю к выступлению.

 Полковник Самсонов».

 Готовила своих подопечных и военфельдшер Надежда Кожичкина.  Мы слишком мало знаем о ней. Знаем, что родилась в Раменском районе Московской области. С раннего детства мечтала лечить людей. Казалось, вот она мечта девчонки осуществилась – в руках диплом медицинского работника. Впереди – любимая  работа. Но в один день всё обрушилось. Тысячи таких Надежд, Марий, Аней сменили свои наряды на солдатские гимнастёрки, а туфельки – на кирзовые сапоги. Знаем, что любили её бойцы, старшие звали Надежду доченькой, а ровесники —  сестрёнкой.  И она отвечала им заботой и вниманием.

 495 медсанбат, в котором служила военфельдшер Надежда Кожичкина,  прорывался  с группой бойцов под командованием подполковника Кириллова.  Впоследствии он вспоминал: «Там, в окружении,  мы раненых на снегу оставляли – кому и куда их нести? Я даже детям своим об этом не говорю – вспоминать невозможно. А каково было тем, кто должен был их спасать от смерти? Спасали,  как могли, утешали и защищали в бою, как простые солдаты».

 Вернувшись в Шпырёвский лес, после неудачного прорыва, заняли оборону на высоте. Немцы знали, что в лесу есть организованная группа и предприняли попытку её добить. На высоту со всех сторон двинулись атакующие цепи.  Сейчас, даже трудно представить, откуда у красноармейцев брались силы, но эти голодные, измученные недосыпанием  люди отражали атаку за атакой. Отобьют одну, поспят на снегу и снова бой. На медработников нагрузка была двойной: и раненых вытаскивать и самим их заменять в бою. Одной из них была и Надежда Кожичкина, и это были последние её дни. 

 Группа Кириллова не только отбилась от немцев, но ещё совершила дерзкий, отчаянный налёт на немецкий гарнизон в Федотково, на северо-востоке от леса. Там, на берегу Угры, были немецкие полковые склады. Запаслись продовольствием, оружием, даже были накормлены из захваченной фашисткой  кухни немецкими поварами.  Через Угру перейти не смогли – начался ледоход. Снова вернулись в лес.

 Именно в этих боях в Шпырёвском лесу и была убита военфельдшер Кожичкина. Убитых не хоронили, некогда было. В лучшем случае накрывали шинелью. Поэтому могилой Надежды, как и для тысяч других бойцов, стал Шпырёвский лес.

 А подполковник Кириллов с группой оставшихся в живых бойцов, 27 апреля 1942 года соединился с партизанским отрядом Жабо.

 Судьба раненых и больных оказалась трагична – почти все они погибли от огня артиллерии и миномётов. Снаряды и мины рвались в самой гуще, в том числе в скоплении  повозок и саней с тяжелоранеными. Спрятаться было некуда. Они просто лежали и ждали: накроет – не накроет. Выжить удалось немногим.

 Вместе с ранеными в Шпырёвском лесу были расстреляны главный эпидемиолог 33 Армии военврач 2 ранга Михаил Леонтьевич Капусто и партизанский врач Георгий Николаевич Афанасьев, которые до последней минуты находились с ранеными, оказывая им помощь.

Врач Георгий Николаевич Афанасьев


Георгий Николаевич родился в 1900 году, в семье священника. С отличием закончил Томский медицинский институт. Из-за своего происхождения он был неугоден власти и его сослали на Кузнецкстрой. Но он не растерялся. Организовал научное сообщество, где изучались сложные из медицины случаи. Его ценили как прекрасного специалиста, любили пациенты. Здесь Георгий Николаевич женился и стал отцом двоих детей.

В конце июня 41-ого Афанасьев приехал из Москвы, где проходил повышение квалификации. В двери — повестка. Четыре часа на сборы и на то, чтобы попрощаться с родными и коллегами.

В октябре 1941 года п. Темкино Смоленской области захватили немцы. Всех раненых эвакуировать не успели. На больничных койках осталось 40 тяжелораненых солдат и офицеров. Афанасьев остался с ними. Гитлеровцы отказались выдавать госпиталю медикаменты и продукты. На помощь пришло местное население и партизаны.

25 декабря 1941 г. Афанасьев, из случайно услышанного им разговора немцев узнал, что в поселок из-под Москвы приезжает немецкий госпиталь. Наших решили вывезти и расстрелять. С этим сообщением в партизанский отряд прибежала медсестра. Штаб партизанского отряда решил любой ценой спасти раненых. Ночью, устранив часовых, погрузили раненых на 10 подвод и увезли в лес. На выезде из поселка начался бой. Врач Афанасьев с оружием в руках прикрывал отход.

Приказом генерала Ефремова Афанасьев был направлен в 495 медсанбат, в деревню Красное. Прорвавшись в тыл врага, 33-я армия оказалась в окружении. Раненые поступали в медсанбат круглые сутки. Георгий Николаевич работал, не покладая рук. В середине апреля сделали прорыв между деревнями Беляево и Буслаево. Медсанбат продвигался вместе с армией. Немецкие танкисты перехватили обоз и учинили расправу. Афанасьев защищал раненых от до последнего патрона. Он мог уйти с армией, и остаться в живых, но не ушел.

О подвиге врача наш город познакомился благодаря статье «Подвиг врача», которую написал командир партизанского отряда, который был в Смоленских лесах. Георгий Николаевич Афанасьев не был отмечен наградами.

  Старший батальонный комиссар Кривошея, вышедший из окружения 21 апреля 1942 года докладывал: «… Противник подтянул танки вечером 15.04, огнём артиллерии и миномётов и танками уничтожил раненых и обозы в лесу южнее Шпырёво…»

Шпыревский лес… Сегодня местные жители называют его Черным. Сюда не ходят за ягодами и грибами. здесь не остаются на ночевку и бойцы поисковых отрядов.

Статью подготовила Г. Васильева

по материалам книг Ю, Капусто «Последними дорогами генерала Ефремова», В. Мельникова «Их послал на смерть Жуков? Гибель армии генерала Ефремова».

Вам также может понравиться...